Размер шрифта:
Изображения:
Цветовая схема:

Это не Гоголь

Это не Гоголь - фотография

Электронная почта переполнена поздравительными сообщениями. Читаю только самое важное. Было, точно было, письмо театра «Сатирикон». Но теперь неважно. Даже, если бы я прочитала то письмо, что сегодня покажут только часть спектакля «Р.» в постановке Ю. Бутусова, все равно пошла бы на него.
В планах «Сатирикона» значился «Ревизор». Бутусов, представляя сегодня спектакль, сказал: «Это не Гоголь». И ещё: что для него важно было показать часть спектакля именно сегодня.

«Р» похож на джазовую композицию, которая где-когда-то началась с горького смеха Гоголя. Но в нем сюжета Гоголя, нет никакой фабулы как цепочки событий. Что-то просто угадывается. Потрясающе, это вообще «анти-Гоголь», тот, к которому мы привыкли. К которому мы привыкли, который нас утешал и позволял смеяться, забывая, что горько. Текст пьесы М. Дурненкова - абсолютно фантастический. Такой и должна быть современная драматургия - как диффузия от темы к теме, из числа тех, что обсуждали сегодня в Фейсбуке. От Гоголя в пьесе Дурненкова остались лишь имена персонажей и едва-едва улавливаемые события бытового уровня, где-то за пределами происходящего на сцене. То, что сделали Дурненкова и Бутусов- почти революционное- стилистическое и смысловое лишение «Ревизора» комедийных свойств. Но превращать его в трагедию тоже не стали.

В «Р» совсем нет слов и фраз, которые пошли в народ из «Ревизора». Нет сочной гротесковой комичности. Кстати, про безумие в связи с «Ревизором» говорили и прежде. А. Фёдоров поставил своего «Ревизора», в котором все герои - люди с психическими расстройствами. У Бутусова все не так. Ведь в жизни мы не все безумны. Но очень иррациональны. Лишены логики. Где-то по дороге к физический взрослости потеряли внутренний этический контроль. Осип (слуга Хлестакова) уже не помнит, кидал ли он камешек в собачку, или не кидал. Мы перестаём оценивать свои поступки, а позже уже не помним, совершали ли их. Городничий (условный правитель) мнит себя рок-музыкантом, изображает покаяние (или причащается?), но над ним никого нет. Физически никого.
Многим предпринимателям, олигархам и прочим нелегко дастся сцена аудиенции Хлестакова (хотела написать Воланда) с Бобчинским. «Возьмите деньги, чтоб вы сдохли, помилуйте меня» - как страшно знакомо, как страшно вообще. Каким будет спектакль в готовом виде, не знаю. Каким там предстанет Хлестаков- посмотрим. Сейчас это почти загадочная фигура инфернального типа. Константин Райкин просто блистателен. В белом костюме, Сатана, в анамнезе системное унижение в детстве. Прошлое героев - ключ к разгадке их иррациональности. Но в тоже время спектакль про здесь, и сейчас. Про нас.

Это не дидактика, это не психотерапия. Это просто акция по отрыванию руки, зажимающей нам рот, когда хочется кричать от боли и бессилия. Юрий Николаевич, спасибо! Я посмотрела лучший спектакль года. Ну, полспектакля.
Каким пошлым и трусливым кажется сейчас все остальное.

Оригинал

Издательство: facebook Автор: Гюльнара Алиярова 04.10.22

Спектакли

Актеры

Записи отсутствуют